Конференция “Северный Кавказ: вместе или врозь?”. Видео выступлений А. Широпаева и И. Лазаренко

20 ноября 2011 года в Музее имени Сахарова прошла общественно-политическая конференция “Северный Кавказ: вместе или врозь?” В числе главных организаторов мероприятия выступили МГО ОДД «Солидарность», Национал-демократический альянс (НДА), Партия Свободы, Русский гражданский Союз (РГС) при информационной поддержке сетевой радиостанции RLN.FM

Выступление сопредседателя НДА Алексея Широпаева

Выступление сопредседателя НДА Ильи Лазаренко

Далее

Максим Залесский. Русский ответ на кавказский вопрос

Северный Кавказ, безусловно, самый проблемный регион России. Северный Кавказ - это конгломерат народов, не просто находящихся вне русской культуры и российского правового поля, а в большинстве своём вообще не принадлежащих к европейской цивилизации. Работорговля, исламское религиозное мракобесие и система власти, основанная на архаичных, родоплеменных отношениях в наши дни являются куда более узнаваемой визитной карточкой Северного Кавказа, нежели минеральная вода и пропагандируемые российской властью курорты.

Вполне закономерно, что «кавказский вопрос» является на сегодняшний день одним из наиболее острых, а дискуссия по нему уже вышла за пределы Рунета, став общей для всех не чуждых политике граждан. Начиная с простых блогеров и заканчивая президентом. Кроме того, что развитие публичного диалога на столь острую тему само по себе отлично способствует становлению гражданского общества, позиция по Кавказу в настоящий момент - самый заметный маркер, позволяющий отличить последовательных демократов от имперцев, использующих демократическую риторику.

Как известно, для империи расширение территории является обязательным условием развития, а отпадение отдельных провинций – верный признак близящегося распада. Другое дело - современное демократическое государство, создание которого является результатом добровольного договора граждан. Если в первом случае главным гарантом устойчивости является принуждение, основанное на военной силе, то во втором – национальный консенсус.

Проще говоря, империя – это культурно-правовое пространство, в которое загоняют силой. Демократическое государство – это сообщество, в которое принимают добровольно. Причём принимают с разбором, поскольку демократические механизмы управления государством адекватно работают лишь при условии, что все вовлечённые в них индивиды осознают себя единой нацией. В противном случае процветают клановые взаимоотношения, криминальный бизнес, основанный на круговой поруке, коррупция и межнациональные конфликты. Всё то, что нам каждый день приходится наблюдать на примере российской действительности.

В качестве решения проблемы в настоящий момент предлагаются несколько путей:

Далее

Алексей Широпаев. Направление главного удара

Как правило, в любой системе есть свое слабое место, концентрированный удар в которое способен вызвать процесс по принципу домино. Таким слабым местом в российской имперской системе сегодня является Северный Кавказ. Точнее, само пребывание СК в составе РФ делает существующую систему крайне уязвимой. Более половины населения России выступает за отделение СК, но при этом кремль не хочет и, главное, не может расстаться с этим проблемным регионом, поскольку сепарация Северного Кавказа неизбежно повлечет цепь необратимых и сущностных изменений в структуре РФ, а также в статусном положении центра, что противоречит кланово-номенклатурным интересам нынешней власти.

Борьба за отделение Северного Кавказа – вот единственное на сегодняшний день стратегически выигрышное направление борьбы с путинизмом и с имперским системным наследием. (Разумеется, говоря об СК, мы подразумеваем не Северо-кавказский федеральный округ в целом, а конгломерат соответствующих национальных республик.)

Во-первых, как уже сказано, свыше половины населения России – за отделение СК. Это более чем серьезный электоральный ресурс. Этно-психологическое, этно-культурное неприятие Северного Кавказа велико настолько, что успешно соперничает в массовом русском сознании с имперской ностальгией по СССР, на которой спекулирует Путин с его проектом Евразийского союза. Антикавказские настроения объективно способствуют изживанию имперских комплексов и предрассудков, осознанию русскими своих подлинных национальных интересов. Это весьма важный аспект нашей темы, связанный с формированием новой, неимперской русской идентичности.

Во-вторых, именно борьба за отделение СК может стать политической платформой давно назревшего объединения нормальных националистов с нормальными демократами. Именно на этой платформе может родиться массовая национал-демократическая, право-либеральная политическая сила европейского типа, чье появление нарушило бы системный расклад партий и идеологий.

В-третьих, борьба за отделение Северного Кавказа подразумевает цивилизационное неприятие исламизма и видение будущей страны как демократической, светской, европейской в смысле базовых ценностей. Это крайне важно. СК может стать для нас той точкой отталкивания, благодаря которой Россия сделает правильный выбор в цивилизационном противостоянии Север-Юг, заняв позицию Севера.

В-четвертых, борьба за отделение Северного Кавказа – это ломка пагубной имперской парадигмы. Страна, чей народ демократическим путем вывел из состава государства некий регион, уже никогда не будет империей, поскольку в обществе возобладают ценности, более значимые, чем размер территории и пресловутая «целостность державы». Это будет колоссальный качественный сдвиг в сознании и отдельных людей, и целых регионов. И люди, и регионы убедятся, что они не пешки в руках центра, что они способны творить историю и заново форматировать страну. Значит, неминуемо встанет вопрос о пересмотре отношений регионов с центром, о подлинном федерализме, а также о перестройке РФ вплоть до образования ее новых субъектов, прежде всего – русских республик (более подробно об этом – в концепции «Соединенных Штатов России»). Таким образом, как я уже говорил, неизбежны изменения в статусном положении федерального центра и, соответственно, демонтаж кланово-номенклатурной диктатуры кремля.

Именно поэтому кремль и держится мертвой хваткой за Северный Кавказ, не допуская даже обсуждения вопроса о его отделении. Сохранение СК в составе актуальной псевдофедерации – это вопрос сохранения империи, а значит власти кремля и лично Путина. Очевидно, куда следует направить концентрированный политический удар националистов и демократов, чтобы прорвать фронт системы, а затем расширять и углублять этот прорыв. Отделение Северного Кавказа – это, разумеется, не самоцель, а стратегически перспективный импульс к будущему: к новой федерации и новому русскому самосознанию, свободному от ветхих культурно-исторических кодов.

Далее

Алексей Широпаев. Отделение Северного Кавказа – залог свободы и прогресса

Как было заявлено на недавнем заседании Совета по правам человека при Президенте РФ, состоявшемся в Нальчике, 60% жителей России выступают за отделение республик Северного Кавказа. Более половины россиян – прежде всего, конечно, русские – не хотят жить с Северным Кавказом в одном государстве. Это факт огромной значимости. Русские, по сути, вынесли приговор существующей псевдофедерации. Кроме того, в этом факте заключен колоссальный позитивный потенциал, дающий надежду на лучшее будущее.

Северный Кавказ, наконец-то, доказал русским свою цивилизационную несовместимость с ними. Не могут Петербург Пушкина и Бродского, Москва Булгакова и Есенина сосуществовать в рамках одной федерации с кадыровской Чечней, живущей по шариату, и с Дагестаном, клонирующим фанатичек-смертниц. Требование отделить Северный Кавказ – это факт стихийной, возможно, не до конца осознанной европейской самоидентификации большей части русского народа. Русские более не хотят жить в одном доме с дикостью, терпеть ее, откупаться от нее, заискивать перед нею, сносить ее ежеминутное хамство, бояться ее ножей, мириться с ее высокомерным засильем. Русские хотят отделить дикарей и сделать ремонт на своей жилплощади. Русские говорят: мы европейцы и хотим жить по-европейски, т.е. по светским законам свободы и разума.

Вне сомнений, резкий рост требований отделить Северный Кавказ – неоспоримое свидетельство качественных сдвигов в русском самосознании. Эти сдвиги обусловлены не «ксенофобией», но, прежде всего, тем очевидным фактом, что постсоветские русские все более проникаются ценностями цивилизованного мира, которым противопоставляет себя Северный Кавказ. Относительная экономическая свобода, относительно широкий доступ к информации, возможность ездить на Запад все-таки делают свое дело. К ужасу патриотов-ретроградов, русское самосознание трансформируется, медленно, но верно «перезагружается», становясь все более западным, современным. Криминально-средневековый Северный Кавказ, на глазах превращающийся в пряный конгломерат маленьких восточных деспотий, все более чужд и враждебен русскому обществу, равно как и кремлевская власть, щедро дотирующая свои северо-кавказские сатрапии.

Далее

Анатолий Чернов. Чеченский нацдем

Одним из разочарований 90-х годов можно смело считать провал чеченского национал-демократического проекта. Ведь в случае обретения Ичкерией независимости, процесс переформатирования РФ мог стать необратимым. Скорей всего, вслед за вайнахами, прямиком «за свободой» отправились бы и другие горцы, а там, глядишь, речь бы зашла о создании национального русского государства.
Сейчас уже кажется, что, кроме ваххабизма других вариантов развития у молодой северокавказской республики не существовало, однако, если внимательно отследить основные вехи ичкерийской интифады, становится очевидным – салафизм вовсе не был обязательным итогом для кристаллизации всего Сопротивления.

«Чеченские национал-демократы» - отнюдь не симулякр. В истории ичкерийского сопротивления прослеживаются организационные структуры и знаковые фигуры, которые, как правило, стояли перед эпохальным выбором – пойти путем радикального ислама или попытаться реализовать идею почти светского государства с привычными демократическими институтами, пусть и с элементами типично чеченского традиционализма.
В обоих «партиях» уживался ислам и тейповые традиции, однако, им отводилось различное место в архитектуре будущего нацбилдинга. В целом, национал-демократы (их можно смело так называть), ориентировались на Запад и «окультуренный» светский ислам. Наиболее яркими их представителями были Джохар Дудаев, Ахмед Закаев, Ильяс Ахмадов и частично Аслан Масхадов. Радикалы брали пример с Аль Каеды и афганских моджахедов. Помимо ряда полевых командиров их лидерами являлись Зелимхан Яндарбиев, Хаттаб, Докку Умаров и в особенности Мовлади Удугов.

Безусловно, исламистская фракция располагала внушительным авторитетом, однако не надо думать, что этот авторитет был беспрекословным, особенно в Первую Чеченскую войну.

Далее

Алексей Широпаев. «Единая Россия» против НДА (о проекте Султыгова)

Все более остро заявляют о себе «русский вопрос» и непосредственно связанная с ним насущная потребность федеративного переустройства страны. Наиболее цельную позицию по этой проблеме занимает Национал-демократический альянс, выдвигающий идею образования в составе РФ семи русских республик – на основе руссконаселенных краев и областей, не входящих в какие-либо национально-государственные образования.

В противовес концепции НДА, предполагающей решение «русского вопроса» на основе развития федерализма, со стороны имперцев уже выстраивается эшелонированная система антитезисов. Так, прокремлевский политолог Егор Холмогоров выступил с идеей «гегемонистской федерации» как переходного этапа к унитарному государству. А спустя некоторое время координатор «Единой России» по национальной политике Абдул-Хаким Султыгов в развернутом интервью предложил «национальным элитам республик, включённых в состав РФ, подумать об отказе от республиканского статуса».

Интервью Султыгова прошло практически незамеченным политологами, а зря. Функционер такого уровня никогда не выступил бы с такой идеей без соответствующих консультаций с партийным начальством и, возможно, с элитами некоторых нацреспублик. Очевидно, что речь идет о неком «пробном шаре». Напомню, что идею перехода к унитарному государству регулярно озвучивал Жириновский, нередко бегущий впереди кремлевского «паровоза». И вот теперь с подобным предложением выступила, по сути, сама правящая партия. Это, пожалуй, самое смелое покушение на федерализм за последнее время.

Что же стоит за этим проектом, который, возможно, станет «гвоздем» предвыборной программы будущего президента? Что несет эта идея русскому народу?

Далее

Анатолий Чернов. Кому война, а кому мать родна

После окончания военных действий в Грузии прошел уже месяц и теперь уже можно сказать однозначно – это была война за энергоресурсы. В данном контексте возможная оккупация всей республики со стороны РФ уже не выглядит фантастическим сценарием. Некоторые удивляются, почему, дескать, российская армия не стала бомбить трубопроводы, если цель войны «энергетическая»? Да потому что была задача их захватить, а не разбомбить. А захватывают, чтобы потом использовать, если кто не в курсе.

А так, временный простой всех трубопроводов, проходящих по территории Грузии, обернулся лишь масштабными финансовыми убытками конкурентов. Сейчас все трубопроводы функционируют, их безопасность гарантирует НАТОвский флот, барражирующий в Черном море.

Впрочем, не стоит сомневаться, что нас ожидает «продолжения банкета».

Далее

Михаил Пожарский. Осетинский гамбит

Qui prodest?

В недавнем грузино-осетинском-российском конфликте разобраться сложно. С обеих сторон доверчивым гражданам, бьющимся в патриотической или, напротив, антипатриотической истерике, льется сплошная дезинформация. Количество глупых, инфантильных и бессмысленных лозунгов просто зашкаливает – "Замочим американскую марионетку!", "Спасем осетинский народ!", "Российская имперская агрессия!" - все это умело маскирует настоящие мотивы, которыми руководствуются стороны-участники конфликта.

Но для того, чтобы разобраться, что на самом деле двигало этой войной нужно всего-то задать один простой вопрос – кому выгодно? Вот в выгодах конфликтующих сторон мы, пожалуй, и попробуем разобраться. А их в этом конфликте аж целых четыре – Южная Осетия, Грузия. Россия… и российские госкорпорации.

Далее

Михаил Пожарский. Россия без Кавказа

Северный Кавказ – самый проблемный регион в современной России, тугой клубок политических и экономических противоречий. Нынешнее подцензурное телевидение, конечно, показывает «восстановление Чечни», «налаживание мирной жизни» и последних боевиков, неуклюже вылезающих из кустов, дабы получить кадыровскую амнистию. Разум, впрочем, отказывается верить в это благолепие – все-таки не очень-то похоже на «порядок», когда власть в республике передается по наследству, а бывшие террористы формируют вооруженные до зубов батальоны ГРУ.

Зато все, кто имеет иные, помимо телевизора, источники информации, могут видеть более правдивую картину. Кавказские феодалы постоянно грызутся между собой, не стесняясь решать свои разногласия перестрелками в центре Москвы, кавказские оппозиционеры заканчивают жизнь выброшенными из милицейского автомобиля с пулей в голове, кавказских министров убивают из оружия спецназа. Не говоря уж о том, что в тех краях регулярно что-то взрывают и кого-то похищают и убивают. В общем, картина мирной жизни как она есть.

При этом сложно не заметить, что Кавказ уже переехал к нам в Центральную Россию по меньшей мере наполовину. Причем переехал основательно, привезя с собой всю свою кавказскую самобытность вроде обязательной пальбы из пистолетов посреди проезжей части (т.н. «вайнахский автопробег»). Впрочем, это как раз еще самые безобидные выходки.

Самое время задуматься: каким должно быть настоящее, эффективное решение «кавказского вопроса»? Смотря в чьих интересах его решать, разумеется. Наш подход к делу строится на приоритете интересов русской нации. Для этого потребуется включить на время фантазию и представить, что российское государство действует не в интересах госкорпораций и ограниченного круга известных лиц, а в интересах этой самой русской нации, существование которой пока вообще не прописано в действующей конституции.

И, глядя с таких позиций, все становится просто – отделение Северного Кавказа от России. Идея эта, надо сказать, совсем не нова. И традиционно вызывает истеричный протест у определенной части политического спектра. Но время идет, инерция мышления трещит под давлением разумных аргументов. И такую точку зрения все чаще и чаще можно слышать в националистических кругах. Разумеется, автор не претендует на выражение мнения всех националистов - в России это понятие прижилось как самоназвание большого количества людей со взглядами совершенно разными, порой диаметрально противоположными. Автор выражает мнение российских национал-демократов, к коим сам принадлежит.

Необходимая оговорка: под «республиками Северного Кавказа» в данной статье подразумеваются Дагестан, Чечня, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия, Северная Осетия, Ингушетия. Их и только их предлагается «отделять». Под «кавказцами» подразумевается автохтонное население этих территорий.

Далее