Анатолий Чернов. За Тео!

Нынешний, беспрецедентный для левацкой социал-демократической Европы успех национал-демократов и правых либералов на выборах в Нидерландах, безусловно, обнадеживает. Примечателен он еще и тем, что случился в стране, которая в свое время являлась оплотом политкорректности. Т.н. "польдерная демократия", созданная усилиями местных эсдеков (Партия труда) служила еще левацким форпостом и во всей континентальной Западной Европе - помимо Голландии к таким столпам можно отнести "локомотивов евроинтеграции" - Германию и Францию. И если громкие успехи Партии прогресса в Норвегии и "народников" в Швейцарии еще можно было считать локальными успехами правоцентристов, то теперь уже речь идет о тенденции, которая может стать предвестником возрождения "Европы наций".

Однако не стоит забывать кому именно обязан своим успехом Герт Вилдерс. Нет, конечно, никто не отрицает его собственных заслуг - у Герта весьма позитивный образ, он открыт для прессы, сумел пробиться с выступлением даже в английский парламент, что является неким пропуском в "большой свет". Но случился бы его триумф, если бы не было "искупительной" жертвы Тео ван Гога?

Напомним, что балагур Тео, журналист, телеведущий скандальной передачи, стал настоящим десакрализатором политкорректности. Он первый снял покров неприкасаемости с ислама, причем сделал это в ненавязчивой, карнавальной и особо извращенной форме. Он первый из западноевропейских публичных и, что важно, популярных фигур заявил о неприемлемости пещерного адата в цивилизованном мире. Он, по сути в одиночку, бросил вызов наглым и оголтелым фанатикам, как тараканы набежавшим в его некогда тихую и комфортную родину.

Далее

Алексей Широпаев. Прощание с Качиньским

В Кракове состоялась церемония прощания с Лехом и Марией Качиньскими.

По каналу «Россия 24» шла прямая трансляция из базилики Святой Марии. Неподдельная сплоченность народа, море бело-красных флагов перед собором на площади – будто кадр из фильма «Пан Володыевский». Пение хора, орган, готические своды – величественное и красивое зрелище, сфокусировавшее высокий дух Польши. Польши как форпоста Европы, противостоявшего агрессии с востока – будь то Батый или красные орды Тухачевского. Летом этого года, кстати, исполнится 90 лет «чуда на Висле». Эх, Качиньский не дожил – он бы расставил правильные акценты празднования этой даты, которая, наряду с 70-летием Катынского геноцида, является знаковой для отношений Польши с Московией…

Я смотрел передачу из Кракова и вспоминал, чем была Польша для моих ровесников в дни нашей молодости, на рубеже 70-х и 80-х годов. Отдушиной свободы – вот чем она была. Польская мода, польская эстрада, польское кино, прежде всего фильмы Анджея Вайды – это были дуновения из другого, очень заманчивого мира. Летом и осенью 1981-го самым захватывающим нашим чтением стали правдинские заметки под типовым заголовком «К положению в Польше». Из официозных строк, несмотря ни на что, было видно, что в Польше поднялась настоящая народная революция против коммунистической партократии. Был очевиден широчайший размах забастовочной борьбы, в авангарде которой стояли такие индустриальные лидеры как Гданьские судоверфи и завод «Сталева воля». Воодушевление от этих событий было столь велико, что я, помнится, написал антисоветскую статью «Польское зарево» - тогда, осенью 81-го я дослуживал последний год в армии. Копал глубоко: начал с польских восстаний против российской империи. Показал сей текст сослуживцам, тут же пришедшим в тихий ужас. Мне настоятельно посоветовали немедленно уничтожить эту писанину, пока она не попалась на глаза начальству во время очередного шмона. Эти страхи были не пустыми – на втором году службы меня неоднократно тягали в особый отдел дивизии из-за моей переписки с друзьями-диссидентами. Статью я сжег, о чем сегодня сожалею. А потом пришло 13 декабря 1981 года - день захвата власти хунтой Ярузельского. День крушения надежд не только поляков, но и многих в СССР…

Далее

Алексей Широпаев. Качиньский: контекст гибели

Днем 10 апреля мир облетела трагическая новость: самолет Ту-154, летевший из Варшавы в Смоленск, потерпел катастрофу при посадке. На борту самолета находились президент Польши Лех Качиньский и его супруга Мария, последний президент Польши в изгнании Рышард Качоровский, президент Института национальной памяти Польши Януш Куртыка, епископ дивизии Войска Польского генерал Тадеуш Плоски, православный епископ польской армии и бригадный генерал Мирон Чодаковски, глава Национального банка Польши Славомир Скшипек и многие другие. По существу обезглавлена политическая элита Польши. Все они летели на мероприятия памяти жертв Катыни. Таким образом, Катынь снова стала могилой лучших поляков.

Кто же такой Лех Качиньский и почему его гибель имеет столь глубокий и трагический смысл?

Лех Качиньский родился в Варшаве, в1949 году, в семье офицера Армии Крайовой, участника Варшавского восстания (1944). Очевидно, происхождение во многом определило последующие антикоммунистические и национальные взгляды Качиньского. Он окончил Варшавский университет, где в 1979 защитил докторскую диссертацию. С 1977 года - в знаменитом Комитете защиты рабочих (КОР), который являлся одной из наиболее непримиримых сил польского антикоммунистического подполья.

С 1980 года Качиньский – на переднем крае профсоюза «Солидарность», в забастовочном комитете Гданьска. После введения 13 декабря 1981 года чрезвычайного положения отсидел 11 месяцев в тюрьме. После освобождения продолжал работать в «Солидарности», избирался членом сейма и сената, занимал высокие государственные посты. Однако и в новые времена не все безоблачно в его политической биографии: «В 1990-е годы произошел разрыв между братьями Качиньскими и Валенсой, связанный, в частности, с нежеланием последнего удалить из руководства страны старые коммунистические кадры». Напомним, что и позднее, будучи президентом, Качиньский последовательно выступал за дальнейшую декоммунизацию Польши – политика, прямо противоположная путинской реабилитации советизма...

В 2001 году он вместе с братом Ярославом создал партию «Право и справедливость» и вскоре стал мэром Варшавы. В 2005-м Качиньский был избран президентом Польши под лозунгом католических ценностей, демократии и национализма.

Для Качиньского был характерен определенный «еврореализм», порой вызывавший некоторую напряженность в отношениях Польши с ЕС. Подчеркивая, что «точкой отчета для Польши является Евросоюз», Качиньский прямо говорил об имеющем место в ЕС «огромном весе пророссийских настроений, традиций, интересов, антиамериканизме, а иногда и коррупции…». По его словам, «в кулуарах Европейского Совета видно, кто первый бежит с информацией к русским».

При этом Польша выступала «как союзник США и считалась наиболее вероятным местом размещения американской базы противоракетной обороны». В связи с этим Качиньский пояснял, что его «основная цель – усиление позиции Польши в ЕС. Основная же цель в области безопасности – глубокие связи с США, отсюда поддержка ПРО. Хотя я прекрасно знаю, что это не тот щит, который защитит нас от нападения – надеюсь, что этого никогда не случится – со стороны Москвы. Россия может атаковать нас с близкого расстояния, что она показала недавно в Грузии, ПРО от таких атак не защищает. Это проблема всех наших оборонных усилий и всего НАТО, а также ЕС. Но зато ПРО связывает нас с США, и это была основная предпосылка моей поддержки ПРО».

Об отношениях Польши с Россией Качиньский говорил: «Я трижды передавал через высоких представителей президента России свои условия улучшения отношений. По-моему, их вовсе нельзя считать неприемлемыми для Москвы. Частично они лежат в исторической сфере. Частично речь идет о том, чтобы навсегда отказаться от того, что Польша является российской “зоной влияния”. А на это, как видно, нет согласия по ту сторону».

Неоимперская политика кремля вызывала активное неприятие Качиньского. Отсюда его регулярные контакты с лидерами Балтии, Украины и, конечно, Грузии, направленные на создание особого союзного конструкта стран Центральной и Восточной Европы.

Далее

Анатолий Чернов. Чёрная дыра

Катынская чёрная дыра, будто неиссякаемая ментальная "воронка", засосала президента Польши и его ближайших соратников.
Качиньский был известен как непримиримый антисоветчик, националист, активист "той самой" Солидарности, до последнего времени не скрывавший своего скептического отношения к неоимперству Москвы и к Катынской проблеме в частности.

С политической точки зрения гибель польского президента однозначно выгодна Кремлю. По сути, именно Качиньский был настоящим оплотом антимоскальства в Восточной Европе. Политиком, который ратовал за возрождение влияния Польши как региональной державы, национальной и демократической, способной противопоставить эти ценности нахрапистой экспансии "углеводородных" имперцев. Вместе с польским президентом ушли из жизни его ближайшие соратники, прежде всего - Рышард Качоровский и Януш Куртыка.

Символизм трагедии потрясает. Качиньский погиб, так и не посетив Катыни, этой польской Голгофы, хотя именно он оказывал на Путина нескончаемое давление по "катынскому вопросу" все последние годы. Видимо, даже небо не приняло половинчатость и мнимость нынешнего польско-российского примирения. Очевидно, что настоящий шаг навстречу друг другу нашим близким народам только предстоит ещё сделать.

Покойтесь с миром, господин Президент.

P.S.
Лех Качиньский на страницах ру_нацдем.
http://community.livejournal.com/ru_nazdem/351336.html
http://community.livejournal.com/ru_nazdem/653423.html
http://community.livejournal.com/ru_nazdem/385406.html

Далее

Максим Залесский. Неонационализм. Часть 1. Нестандартный путь

На написание этой статьи меня подвигли два обстоятельства. Во-первых, это откровенный застой в правом движении, который на данный момент очевиден уже практически всем, кто, так или иначе, интересуется данной темой. Во-вторых, какая-то запредельно иррациональная неприязнь к Израилю среди русских правых, которую порой приходится наблюдать даже у вполне разумных, рациональных представителей этой среды.

Хотя, казалось бы, какие претензии могут быть у одних этнонационалистов к другим?
Ведь говоря об Израиле, мы говорим не о мировом еврействе (которое далеко не однородно), а о самой здоровой его части, которая по своей сути вполне дружественна цивилизованным националистам других стран. Скажу больше, сионизм как исторический опыт вполне может стать той идеей, которая выведет русское национальное движение из кризиса и поможет, наконец, разобраться в себе и понять, наконец, причины своих неудач.

Однако, прежде чем бросить читать статью и заклеймить автора как пособника Тель-Авива, обвинив «жыдомасонстве», «русофобии» и службе «мировой закулисе», давайте всё-таки попробуем разобраться в чём заключаются основные принципы сионистов и как они соотносятся с нашими.

Далее

Алексей Широпаев. Крик муэдзина

На днях в Лондон прибыл Герт Вильдерс – знаменитый нидерландский правый либерал. Он пытался посетить Лондон еще в феврале этого года, но тогда Вильдерса не впустили. Сейчас британский суд отменил запрет. Вильдерс намерен провести в Великобритании публичные дебаты об экспансии ислама и устроить показ своего публицистического фильма «Фитна», вызвавшего большой резонанс во всем мире.

Я не видел фильм «Фитна» и не знаю, хорош он или не очень. Мне в данном случае важно другое. Сразу после приезда Вильдерс заявил: «Я считаю проблемой исламскую идеологию, исламскую культуру, потому что я уверен: чем больше у нас ислама — тем меньше у нас свободы». Вильдерс всегда почеркивал, что считает свободу фундаментальной ценностью, «выковавшей величие Европы».

В ответ толпа цветных, встречавшая нидерландского политика акцией протеста, выкрикивала: «Вильдерс, иди к чёрту!», «Свобода, иди к чёрту!» и – внимание - «Шариат для Европы!».

Далее

Алексей Широпаев. За что боролись козаки?

200-летие Гоголя стало информационным поводом для очередной антиукраинской пропагандистской кампании со стороны РФ. К юбилею гения на экраны страны вышел новый блокбастер «Тарас Бульба» в постановке Владимира Бортко и с мощным Богданом Ступкой в главной роли. Идея фильма сфокусирована в финальной сцене, снятой вполне по Гоголю: «Когда очнулся Тарас Бульба от удара и глянул на Днестр, уже козаки были на челнах и гребли веслами; пули сыпались на них верху, но не доставали. И вспыхнули радостные очи у старого атамана.

- Прощайте, товарищи! – кричал он им сверху, - Вспоминайте меня и будущей весной прибывайте сюда вновь да хорошенько погуляйте! Что, взяли, чертовы ляхи? Думаете, есть что-нибудь на свете, чего бы побоялся козак? Постой те же, придет время, будет время, когда узнаете вы, что такое православная русская вера! Уже и теперь чуют дальние и близкие народы: поднимается из Русской земли свой царь, и не будет в мире силы, которая бы не покорилась ему!..»

Между тем в первой редакции повести эта сцена выглядит совсем иначе: «Когда Бульба очнулся немного от своего удара и глянул на Днестр, он увидел под ногами своими козаков, садившихся в лодки. Глаза его сверкнули радостью. Град пуль сыпался сверху на козаков, но они не обращали никакого внимания и отчаливали от берегов. "Прощайте, паны-браты, товарищи! – говорил он им сверху, - вспоминайте иной час обо мне! Об участи же моей не заботьтесь! я знаю свою участь: я знаю, что меня заживо разнимут по кускам, и что кусочка моего тела не оставят на земле – да то уже мое дело... Будьте здоровы, паны-браты, товарищи! Да глядите, прибывайте на следующее лето опять, да погуляйте, хорошенько!.." Удар обухом по голове пресек его речи».

Как видим, в первом варианте «Тараса Бульбы» о «русском царе» речи нет. Что же заставило Гоголя переписать финал, «усилить» его идеологически? Может быть, прав польский историк Януш Тазбир: «У Гоголя русское национальное самосознание всегда боролось с украинским»? И как на самом деле мыслило украинское козачество? Попытаемся ответить хотя бы на последний вопрос.

Далее

Александр Храмов. Почему Россия — не Швейцария?

«Швейцария вводит запрет на строительство минаретов — согласно официальным итогам прошедшего в воскресенье референдума, введение запрета поддержали 57% граждан страны, имеющих право голоса.

С инициативой проведения референдума по вопросу минаретов выступила известная своими националистическими лозунгами правая Швейцарская народная партия (SVP). «Народники» видят в минаретах даже не религиозный, а скорее, политический символ и призывают не допустить исламизации страны.»

В связи с этим можно было бы обсудить то, почему правые партии во многих странах Европы за последние годы увеличили свою популярность и постепенно начинают теснить социал-демократов, что доказывают и результаты парламентских выборов.

Далее

Алексей Широпаев. Белая зависть

Имперские идеологи не устают предостерегать русских об опасности «вырождения в эстонцев», которое, по их словам, наступит в случае нашего отказа от «Империи и Церкви». Эти большевики от православия не желают видеть, что именно в компании с «Империей и Церковью» грядет вырождение русских в обитателей того света.

А я, сказать по правде, эстонцам завидую. Именно как русский. А в еще большей степени завидую литовцам. Почему? Да потому, что свой исторический путь мы с ними начинали вместе, будучи поначалу чуть ли не одним народом, чуть ли не одной страной. Одно время на московских монетах даже красовался всадник с мечом, ныне известный нам по литовскому гербу. Теснейшие родовые аристократические связи между Русью и Литвой общеизвестны. Например, герои Куликовской битвы князья Андрей и Дмитрий Ольгердовичи, знаменитый князь Боброк – все из Литвы. В Литве же Боброк и погиб, вновь сражаясь с татарами на Ворскле в рядах великого князя литовского Витовта. Позднее Витовт (да пребудет в веках его имя!) едва не стал «королем Литвы и Руси», поскольку Литва, имея на то все основания, выступала как один из главных конкурентов Москвы в деле «собирания земель» (но в принципиально ином формате).

Тем поразительнее разница в результатах исторических путей наших народов. Литовцы, в итоге, несмотря ни на что, сформировались как нормальный европейский народ, а вот русские… Русские – это нечто двусмысленное, неоднозначное, евразийское. Не то этнос, не то культурно-церковное сообщество, в которое вступает всякий желающий. Не то особо угнетенное тягловое имперское сословие типа крепостных или илотов.

Неудача Витовта – это величайший исторический ОБЛОМ прежде всего для нас, русских.

Далее

Алексей Широпаев. Украина: возвращение к себе

Заметки о «триедином народе»

Один самых расхожих и живучих стереотипов российской патриотовщины – тезис о «триедином русском народе», якобы состоящем из великороссов, малороссов и белорусов. Базируясь на этом тезисе, ставшем своего рода вероисповедным догматом, наши патриоты, вкупе с Кремлем, заняли откровенно антиукраинскую позицию. В ответ на решительную попытку восстановления европейской самоидентификации, предпринимаемую нынешней Украиной, раздаются шаблонные обвинения в «сепаратизме» и обещания приехать в Киев «на танках» (равно как и в «нацистскую» Балтию). Фронт российских «хохлофобов» широк: от маргинальных «черносотенцев» до дугинских евразийцев и маститых политтехнологов вроде Михаила Леонтьева и Глеба Павловского, чья подрывная миссия на Украине потерпела крах в декабре 2004-го. Именно стремление Украины вновь осознать и реализовать себя в качестве европейской страны вызывает бешеную ненависть российских державников, в очередной раз демонстрирующих свой ордынский менталитет.

Далее

Алексей Широпаев. Виктор Ющенко как ледокол национал-демократии

На отношении к Украине сегодня проверяется русское самосознание, степень его свободы от имперщины и совка. Надо ли говорить, что далеко не все эту проверку проходят? Многие русские все еще отказывают украинцам в праве на самостийность, упорно продолжая считать их частью русского народа, а саму Украину – одной из провинций Российской империи, вроде Тульской области. И, прежде всего, так считает Кремль. Он упорно рассматривает Украину как некий заблудший кусок постсоветского пространства, а не как суверенную СТРАНУ. Именно поэтому процесс восстановления украинской идентичности вызывает столь острое недовольство Москвы. Россия, несмотря на очевидность, продолжает включать Киев в сферу своего влияния. В ход идут и нефтегазовый шантаж, и замшелые мифологемы о «триедином русском народе», и кампания «за сохранение церковного единства» (в действительности речь идет о сохранении в Украине позиций Московской патриархии как агента влияния Кремля).

Особый гнев Москвы вызывает «крестовый поход» за новую (антиимперскую и антисоветскую) историософию, начатый Киевом в последнее время. Россию прямо-таки корежит от того, что отныне она не рассматривается «проклятыми хохлами» в качестве любимого и ближайшего родственника. Более того: само «воссоединение Украины с Россией» подвергнуто решительной ревизии и переосмыслению.

Далее